Category: животные

Хеловинская Распродажа!

Дорогие мои. Некоторые из вас спрашивали у меня, где и как можно купить мою книгу. Другие предлагали помощь на сложном участке моего жизненного пути. Для тех, кто захочет совместить неприятное с бесполезным, я и объявляю Большую Хеловинскую Распродажу своего творческого наследия.
Наследила я порядочно. Посчитали на пальцах и насчитали 12 романов.
7 мистических. 2 лирических. 3 ранних, от которых я сейчас не в восторге.
Не откажу себе в удовольствии перечислить их названия:

  1. Когда глаза привыкнут к темноте

  2. Сестра моя Боль

  3. Зеркало маркизы

  4. Зона индиго

  5. Лебяжье ущелье

  6. Участь Кассандры

  7. Проклятие обреченных

  8. Душенька

  9. Сюрприз для Александрин

  10. Невеста без места

  11. Дети гламура

  12. И в горе, и в радости.

Независимо от качества, каждый из этих бесценных в общем-то текстов оценивается в 100 рублей. Собр. соч. в 7 томах (исключительно мистических) - 500 руб. Ежели вдруг кто-то шибко богатый захочет прикупить полное собр. соч. из 12 романов, то ему это обойдется аж в 1000 р.
Чувствую, надо обозначить рейтинг. Как бы я не любила кровищу и зомбей, промискуитет и немотивированное насилие, мистика и душегубство в моих романах очень лайт. Были читатели которые говорили, что напуганы, но я склонна отнести это за счет их тонкой душевной организации.
Заказы и обратный адрес можно оставлять в комментариях, в мессенджере моего фейсбук-аккаунта и в ящике ko4elaeva.natalya@yandex.ru( если вы вдруг стесняетесь, что читаете такую голимую беллетристику). По запросу опубликую вам аннотацию любого романа или выберу сама для вас книжку. Оплата на https://money.yandex.ru/to/410014489303035.
Как говорит мой папанька: "Адрес старый, будут деньги - высылайте".
Всех люблю, пойду писать юбилейную 13-ю книгу. Знаете, как она будет называться?
Угадавшему вышлю один роман безвоздмэздно.

мотыли и дождевые черви

В холодильнике у меня живут мотыли и дождевые черви - это неудачливые парни, которых позвали на рыбалку, но потом прогноз испортился и планы изменились. Для моциона один-другой червяк иногда выбирается из пластиковой банки с землей и прогуливается по холодильнику, как по огороду: тут у нас морковь, тут кольраби, а зеленый салат растет прямо в пакетах. Я ловлю беглеца и водворяю обратно в банку. Мотыли же иногда превращаются в комаров, вылетают из холодильника и мстительно кусают нас ночью, откуда бы еще взяться комару глубокой осенью?
Иногда под настроение я закатываю супругу моему природолюбивому Ивану Владимировичу скандал. Я страстно, по-цыгански рыдаю и кричу, что он испортил жизнь разом мне, червякам и мотылям, что он обещал повезти меня в Египет, а остальных на рыбалку, и всех обманул, и никто никуда не едет, а все сидят глубоко в... провинции, в средней полосе России, на исходе октября, и смотрят в окно на облетающий каштан
Но моего темперамента хватает ненадолго. На самом деле, нам нравится сидеть дома и смотреть в окно на каштан. Отнесу-ка я, пожалуй, под каштан червей. Может, до заморозков они еще успеют закопаться в землю, у них народятся детки и весной мы уж точно пойдем с ними на рыбалку.
А мотыли сволочи, их я выплесну в унитаз.

О фижмах, буклях и робронах

Знаете, у классиков - "графиня носила фижмы и букли начала века по моде своей молодости".
Как-то я в это не вдумывалась никогда. Да и кто станет вдумываться, когда отличие фижм начала века от фижм конца века знает на всем свете пять-шесть человек, да и из тех половина давно с ума сошли.
И как-то встретила девочку из параллельного.
Такая девочка была, основная.
Рослая, грудастая, с мускулистыми ногами. Туго завивала пергидрольные волосы, дыбом ставила челку, остальное стягивала в хвост на макушке. Ярко-синие глаза навыкате обводила ровной черной линией. Розовая перламутровая помада. На дискотеки всю голову начесывала, благоухала лаком для волос и душно-сладкой польской "Коброй", втискивалась в джинсовую юбку и лихо отплясывала под "Ласковый май".
И вот она напротив меня в маршрутке. Не очень даже изменилась. Располнела немного, особенно сверху, а снизу все так же втиснута в джинсовую юбку. Глаза обведены толстой ровной чертой, поредевшая челка дыбом. И я даже не знала, что сейчас перламутровую помаду продают! Пахнет, правда, не "Коброй", но "Пуазоном Гипнотик", или каким-то клоном.
Фижмы и букли, в общем. И роброны еще.
Брею висок, крашусь в розовый цвет, ношу драные джинсы и тяжелые ботинки.
И все равно остановлюсь в какой-то точке себя, мы все останавливаемся.
И тащим уже эти фижмы на себе до конца наших дней. Что это будет? Пусть косуха, что ли.
Je dois bientôt, il me le semble,
Mettre pour jamais habit bas.
Attends un peu; nous finirons ensemble:
Mon vieil ami, ne nous séparons pas.

Реинкарнируем?

А вот если бы учение о реинкарнации оказалось бы правдой, и в следующей жизни вы могли бы выбирать, кем стать, кем угодно - например, соколом-сапсаном, чтобы почувствовать скорость и видеть мир с высоты своего полета? Или белым медведем? Белым медведем хорошо. Уходишь туда, где никто, кроме тебя жить не может, а тебе там в кайф. А можно огромной черепахой, и жить 300 лет. Или медузой - они вообще практически бессмертны. А то просто веселым сурикатом, или волком в стае, или бабочкой-однодневкой, и сразу переродиться в кого-то еще: можно в таинственную рыбу, живущую на самом дне.
Лично мне хотелось бы стать рыбой, огромной рыбой, лучше всего - китовой акулой, огромной, сине-голубой. Люди обо мне знают очень мало. За мной наблюдают в астрономические приборы, потому что рисунок у меня на спине схож с созвездиями. Естественных врагов у меня нет. Я живу в теплых водах, я плаваю медленно, очень медленно. Мне некуда спешить, но я могу уплыть очень далеко, куда захочу. Жить я буду у побережья Юкатана. Иногда ко мне ныряют дайверы. Я их не ем - от них изжога.

После отбоя

Если ложусь сразу после отбоя, тогда все хорошо, удобно.
Залезаешь в кровать, накрываешься одеялом, подсовываешь думочку под бочок, подкатываешься к мужу. Потихоньку культурным слоем на вас напыляются прочие обитатели гнезда: кот Петька всегда лежит в ногах, собачке положен специальный плед, старенький Малыш иногда приходит греться к хозяину подмышку и даже дурочка кошка сворачивается на пуфе в изголовье и мурлычет. Спишь до утра сном праведницы, роняя сладкую слюнку на наволочку.
А если засидеться и нарушить режим, то все не так. Все хуже. Коллектив успел разлечься на твоей половине и морально разложиться вконец. Лезешь в темноте, распихиваешь оборзевших питомцев: ты зачем здесь? Вон пошел, и ты, и ты. Ты останься, но иди на свой пледик. Не слушаются, возражают: а кто ты такая? ты нам не мать! пришла и учит нас тут! ничо не знаем, всегда так лежали.
Наконец стоит улечься и угреть ледяные пятки, кто-то делает тебе кусь за большой палец.
Небольно, педагогически: ложись вовремя, глупая баба!

Диктант

Супруг мой высокоумный проверяет студенческие диктанты и хохочет.
- Чего, - говорю, - ты там нашел смешного? Ты же им из "Воскресения" диктовал, к чему этот балаган?
- А они что ж сделали, - говорит Ванька, - Они нашли текст в Интернете и переписали слово в слово. Но только вот этого предложения у меня не было, и вот это я тоже пропускаю! Профессор хоть и лопух, а аппаратура при ём! Ноль баллов тебе, Вершинина, и тебе, Баранов, и тебе, Ахмеджанов.
И хохочет, хохочет, погубитель.
Но самое смешное, что они даже списать правильно не могут - все равно делают ошибки и пишут арестанДский.

Кистеперая рыба - любовь моя

Вдруг поняла, что моя любовь к архаичным существам (к кистеперой рыбе, акулам, крокодилам и проч) и мой интерес к историям про забытых часовых — суть детали одного пазла, но о чем он?
Еще подумаю.

Про приметы

Помню, лет пять назад я подобрала белого голубенка. Вернее, так: он упал мне на голову на улице, сбитый соколком. Голубенок откуда ни возьмись оказался породистым, с этаким пышным хвостом и мохнатыми лапками. От сокола он почти не пострадал, и его удалось пристроить приятелю отца на голубятню (есть еще любители), и даже приобрести ему пару. Растрогавшись, я написала об этом происшествии сюда, и тут же пришла дама, которая высокомерно обронила, что если бы я (я, а не дама) могла бы читать Знаки и видеть Перст Судьбы, то....
Свою неглубокую мысль дама закончила многоточием, длинным, как сороконожка, и мне не удалось понять, в чем именно меня упрекают. После осторожных расспросов выяснилось: дама, как и все просвещенные люди, знают, что голубь, падающий на голову - это к смерти.
Граждане! Но я и так знаю, что умру. У меня нет ни малейших иллюзий нащот своей карьеры в этом смысле. Я даже догадываюсь, когда именно это произойдет: в 21 веке.
И что я в свете этого не нового знания должна была предпринять с голубем на голове? Зарыдать, пасть лицом в лужу и лежать, пока меня не переедет автомобиль? Хороши бы мы были с голубем! Или бежать писать завещание? Или уйти в монастырь (прямо с голубем опять же), замаливать свои прегрешения?
Но от дамы мне не удалось получить точных инструкций. Вероятно, я просто должна была осознать, что голубь на голове - Очень Плохая Примета и загрустить. Именно этого дама от меня и добивалась!
Но я и так печальна примерно на 70%, и это после нескольких курсов лечения.
Так что с меня и взятки гладки, а от голубя всем привет.

Грушевый торт

В интернете принято что-нибудь или кого-нибудь ненавидеть.
Например, селедку. Или Путина. Или Россию. Или толстух в леопардовых лосинах.
Я тоже хочу что-нибудь ненавидеть, но получается плохо. К селедке и Путину я равнодушна. Россию ненавидеть не получается, как я ни стараюсь - воспитание-с. А толстухи что ж, я сама толстуха.
И я решила ненавидеть ролики. Знаете, такие, где невесть кому принадлежащие руки что-то там готовят. И всегда получается прекрасно, и чисто - ни брызг, ни крошек, мусор сам упаковывается в утилизатор, а посуда моется по волшебству. Вдохновленная роликом, где руки ловко стряпают грушевый торт, я поднимаю свой леопардовый зад и тащусь на кухню. Там сразу выясняется, что насадка от миксера потерялась. Что стеклянные миски заляпаны чьими-то пальцами. А на холодильнике сидит кот Петруша и смотрит на меня с интересом. Яйца (куриные, Петрушины я отчикала давно) катятся по столу, падают на пол, оказываются сваренными вкрутую. В муке поселилась моль, она сидит там на столе в развязной позе, пьет шампанское и поет спелым контральто: я институтка, я дочь камергера. Сахар кончился, остались таблетки стевии, в тесто они не пойдут.
И наконец, выясняется, что груши кто-то сожрал. Ах да, я. По колено в муке (делайте ударение, где хотите), я рыдаю на кухне. Коты собираются вокруг, дергают с отвращением спинами, смотрят на меня, как купцы на Карандышева после неудачного обеда. Диалог их слышен:
Малыш (Кнуров) - Со мной в первый раз в жизни такой случай. Приглашает обедать почтенных котов, а есть нечего... Она дурная баба, господа.
Петя (Паратов) - Да-с, она действительна глуповатая, хотя и добрая бабенка. Маманя, сильвупле, же не манж...
Ряба (Огудалова) Она еще думает, что удивила всех своей роскошью! Подала какую-то пикшу, а стерлядки где?
Высморкавшись в занавеску, я встаю, раздаю котам пинков и иду в кондитерскую "Яблонька", открывшуюся по соседству. Там недавно стали делать корзиночки с шоколадным муссом и апельсиновым джемом, я их обожаю, обожаю! Они моя последняя страсть!
Ах, я опять написала о любви.
Простите меня.

Постельное бельё

Внезапно закончилось постельное белье - остался один комплект.
И сразу так хорошо стало жить, просторно и легко.
Десятки традиционных добродетелей оказались не нужны и бессмысленны.Чтобы в выходные стирка-кипячение, хрустящий пакетик крахмала, шарики синьки, потом развешивать на морозце - шесть прищепок на простынь, а не четыре, Долорес! - потом долго гладить, впадая в медитацию. Брызгать водой белье, набирая в рот, раздувая щеки. Горячие пласты простыней нести на полку в шкаф и перекладывать кусочками дорогого мыла "Яблоневый сад". Где-то там и заначка, две сиреневых двадцатипятирублевки, и заветные трусы, совершенно неприличные, на особый случай, подруга из Болгарии привезла. За границей все в таких ходят, называется стринги.
Ничего не осталось. Один комплект! Голый человек, считай, на голой земле! Но зато и застрахован от ошибок и трудностей: не забудет, например, случайно простыню в машинке на недельку, чтобы на ней завелась голубенькая плесень и вообще много интересного. Снял-постирал-постелил. Правда, непонятно, что делать, если ночью на постель наблюет кот. Но кот предпочитает блевать на занавески, выражая таким образом эстетический протест, то есть я так думаю. Решено, если наблюет - постелю занавески, а постель сразу в стирку.
На случай гостей, правда, у меня есть еще две льняные простыни и вышитая думочка. Я даже боюсь на нее смотреть лишний раз - мне кажется, вокруг вот-вот вырастет английской гладью шитый уют, пухлая пирамидка из подушек под тюлевой накидкой, кружевные салфетки повсюду, на окнах ламбрекены, в сортире вышитый же кармашек для нарезанной квадратиками газеты "Труд" и прочая роскошь, для которой я просто не рождена.